Карл Роджерс - это мое открытие для терапии и понимания личности в свое время. В данной статье мало выраженная человечность Роджерса, однако я прилагаю видео материалы в самой статье, что поможет посмотреть на великого терапевта в жизненной перспективе. Роджерса можно понять превратно, как например его максиму: «Каждый человек по своей природе положителен…». Однако, его подход очень глубоко проникнут христианским миропониманием.
Для написания данного доклада были две предпосылки. Во-первых, все чаще и чаще представители социальных организаций, как государственных, так и негосударственных, а также директора школ поднимают вопрос о важности интеграции гуманистических тезисов в систему образования. Таким образом, меняется парадигма педагогического процесса. Во-вторых, примерно год назад, в Министерстве образования был создан комитет по созданию концепции внедрения в программу учебных заведений предмета «Христианская этика». В этот комитет входят представители христианских конфессий. Причиной возникновения вышеизложенных предпосылок, является обеспокоенность учителей и государства духовно - моральным состоянием подрастающего поколения, а так же обеспокоенность самих учеников и их родителей формой преподавания и методами, используемые учителями. В Украине катастрофическими темпами возрастает численность молодых людей, совершающих аморальные поступки и имеющих вредные привычки, которые способствуют разрушению их здоровья и здоровья окружающих. По данным института социологических исследований при Национальном университете «Острожская Академия», 79% опрошенных отметили возрастание зависимости молодежи от табакокурения, 83% констатировали рост употребления алкоголя, 77% опрошенных высказали обеспокоенность увеличением употребления наркотических веществ молодыми гражданами Украины, для 72,8% молодых людей присуще резкое увеличение психологической напряженности, агрессивных суждений и демонстративно-девиантного поведения, которое проявляется в тяжких преступлениях . Основные государственные воспитательные инстанции, которые призваны опекать подрастающее поколение – семья, школа, общество и церковь – находятся в глубоком кризисе .
Таким образом, учитывая данную проблематику, задача доклада заключается в том, чтобы определить границы влияния религиозной идеи в педагогико-психологической практике на формирование учащихся украинских школ в контексте феноменологической теории Карла Роджерса и показать, что синтез данной теории и христианской этики, может стать ответом на проблему духовно-морального воспитания школьников, как будущих граждан Украины.
Содержание:
Особенность феноменологической теории К.Роджерса, в гуманистическом направлении имеет следующие описательные характеристики. Во-первых, данная теория радикально отличается своими философскими предпосылками от двух других ведущих психотерапевтических подходов, психодинамического и поведенческого (когнитивно-поведенческого), своим акцентом на индивидуальность человека и ярко выраженным скептицизмом в решении проблем личности с помощью психоанализа и бихевиоризма. Данный подход, в контексте психологической педагогики, был разработан в противовес механически жесткому подходу к обучению, насаждаемому программированным обучением Скинера и психоанализом Фрейда . Во-вторых, историко-философской предпосылкой к появлению феноменологического подхода К.Роджерса, является философская концепция нерелигиозного экзистенционализма и секулярного гуманизма, первоначально выраженные в теории личности В. Штерна и В. Джеймса. Для данной теории характерен, гиперантрапоцентрический взгляд на природу человека и герменевтический подход к пониманию проявлений личности. Человек создает и формирует реальность сам для себя. В этом смысле человек – это существо для которого в его бытии речь идет о самом бытии (М. Хайдеггер) и смысл его жизни состоит в том, чтобы просто жить (Ж.-П. Сартр). В–третьих, суть феноменологического подхода состоит в том, что на каждого индивида существенно влияют две составляющие: его внутренний мир (фантазии, чувства, боль, страх и т.д.) и внешний мир (с его воздействиями на индивида), где все находится в непрерывной динамике, и центром данных изменений является сам индивид, с его индивидуальным миром. Этот индивидуальный мир личности и является феноменологическим, т. е. эмпирической сферой. Он охватывает собой все, что чувствует организм, независимо от того, происходит это с ним осознано или нет. Поэтому поведение личности определяют не психодинамические конфликты или стимулы среды человека, а личное, уникальное восприятие человека окружающей реальности в каждый данный момент.
Феноменологический поход К.Роджерса известен благодаря терапевтической разработке методов, получивших название личностно-центрированной терапии и претендует на роль "третьей силы" (наряду с фрейдизмом и бихевиоризмом) в исследовании человеческого поведения.. Данный подход, возникший в сфере индивидуальной психотерапии и психологического консультирования в 40-е гг., развился в 60-70гг. в человеко-центрированное обучение и, наконец, в 80-е гг. воплотился в человеко-центрированную политику . Далее мы рассмотрим теоретическо-практическую ценность теории К.Роджерса для педагогической психологии в постиндустриальном контексте.
1- Феноменологическая теория обращает наше внимание на уникальность, индивидуальность и неповторимость каждого учащегося, что предполагает потенциальное стремление самого учащегося к самооактуализации (т.е. фундаментальная тенденция организма актуализировать, сохранять и развивать себя), личностному росту и самоопределению в процессе обучения. Социализация индивида осуществляется как естественный процесс, а учитель выступает как фасилитатор, который привлекает внимание к чувствам учащегося и экзистенционально-субъективному восприятию реальности. Таким образом, процесс обучения включает в себя когнитивную и поведенческую составляющую, а также эмоциональный элемент как необходимое условия развития личности учащегося.
2- Центром обучения в педагогическом процессе является ученик, а не преподаватель или же сам урок. Данное положение не есть потворство и «педагогическая бесформенность», но ориентация на индивидуальный мир ученика, понимание и принятие его, как целостную, а не фрагментарно расщепленную личность. Основной установкой для данного утверждения является торетически-практическое положение, выраженное в безусловно-позитивном принятии человека и «личностно-центрированном» методе К.Роджерса. «Личностно-центрированный» метод предполагает не директивный подход, а личностный, глубинный уровень взаимодействия личностей на равных. Поэтому знание учащегося как целостной личности может помочь сбалансированному развитию интеллектуальной и морально-этической составляющих, что включает феноменологическое поле личности;
3-Конгруэнтность (совподающий, соответвствующий) учителя как необходимое условие воспитания целостно-сформированной личности. В психотерапевтической практике К.Роджерса, конгруэнтность – это подлинность, открытость, честность и аутентичность самого терапевта. Это «освобождает» его самого от различных «масок» в общении с клиентом. Переживание конгруэнтности терапевта позволяет клиенту увидеть, возможно впервые, что открытость и честность могут быть основой человеческих отношений. Точно также подлинность и согласованность у самого педагога его «Я-концепции» приводит к открытости и искренности учителя. Преподаватель предстает перед учащимися как «реальный человек», а не использует маски или же сводит их к минимуму;
4- Влияние теории К. Роджерса также распространяется на сферу политики, где он призывает к некоторой конгруэнтности между тем, что сами политики переживают, и как они представляют ту или иную позицию на различных совещаниях и политических дебатах. К.Роджерс говорит: «Мы сможем выработать методы решения мировых проблем на основе реальных предметов спора, а не будем изматываться, ведя переговоры на языке масок, представленных договаривающимися сторонами» . Говоря о демократическом обществе, которое предполагает свободу, независимость и самоуправление людей, политики сами ощущают сложность и неконгруэнтность своей самости в понимании структуры общества, как демократического государства и кризисной самоидентификации своей личности, отождествляющее свое «Я» с различными политическими действиями, противоречащими своим убеждениям, которые продиктованы голосом совести, что может привести к игре масок, игнорирующие совесть народа. Карл Роджерс говорил по этому поводу: «Мы ощущаем сложные и противоречивые чувства относительно свободы, независимости и самоуправления людей и стран: мы стремимся к этому и гордимся своим прошлым, которое подарило нам это стремление, но, однако, в реальности мы часто боимся того, что оно может значить» . Как раз здесь и происходит кризис самоидентичности между тем, что мы ценим и уважаем (например, достоинство и честь каждого) и то, что мы представляем, при этом когда мы напуганы нашей несостоятельностью и разорваностью собственного «Я», у нас это не выходит . Таким образом, решение мировых проблем зачастую ведется на уровне масок, а не конкретных предметов споров, что в целом формирует соответствующие личностные установки в том или ином государстве.
Говоря об интеграции теории К.Роджерса и христианской этики, хотелось бы сказать о взаимодействии психологии, как экспериментальной науки, и философии.
Зачастую приходится слышать о некоторой разобщенности между психологией и метафизикой, и в частности, религией. Сам К.Роджерс, не поддерживал парадигму разделения философии с психологией, как экспериментальной наукой. Рассматривая роль психологии в целом, важно отметить, что она неотделима от философии, как метафизической составляющей. Она вносит важный вклад в этику, и ее функция состоит в том, чтобы прояснять понятия и критически анализировать универсальные принципы. При этом роль религии заключается в том, чтобы придать направление в этических суждениях на практическом и теоретическом уровнях. Фундаментальные этические убеждения, рассматривают индивида как ценность. Уважение к миру природы непосредственно зависит от того, как сам индивид понимает предельную реальность. Таким образом, этика неотделима от метафизики, а христианская этика является следствием христианской метафизики. При разрыве синергии психологии и христианской этики могут возникнуть следующие вопросы: можем ли мы формировать объективно свое мировоззрение на основе только экспериментальных исследований? Если исследование того, что есть, станет определяющим для нас, тогда понятие того, что должно быть, автоматически игнорируется. Таким образом, не есть ли это неограниченный взгляд на конечную реальность? Какую ответственность несет в этом вопросе государство? При несогласованности данных, полученных различными методологическими способами в познании конечной реальности, не происходит ли несогласованности «Я-культуры», как целостной системы, только при одном пути постижения реальности: с помощью сугубо научных методов? Таким образом, при исключении взаимосвязи предложенных областей научных предметов, этики и науки, не обрекаем ли мы ценные достижения, полученные экспериментальными исследованиями в психологии, на хаотичность и службу человеческим порокам и устремлениям?
Вопрос об интеграции гуманистической теории К.Роджерса и христианской этики как научной дисциплины в современный контекст образования Украины, становится естественным и актуальным в настоящее время.
По мнению, Иена Бурбура, в истории христианства существовало три типа этики, каждый из которых имеет параллели в других религиозных традициях. Рассмотрим некоторые пути интеграции с позиции сравнительного анализа предложенных парадигм.
Первый тип понимает этику, как выбор добра. Целевая ориентация в данном подходе, сфокусирована как на добродетелях, необходимых для достижения цели, а также на ценностях, которыми цель определяется. Это традиционный христианский подход, который сформировал Фома Аквинский, интегрировав этику добродетели Аристотеля с богословскими воззрениями. Он посчитал, что цель человека – счастье, которое состоит в созерцании Бога, и дается оно в награду за добродетель. Этот подход предполагает, что деяния человека, являются следствием того, кем человек является.
Базисная установка К.Роджерса относительно природы человека была безусловно-позитивной и выражалась в вере в человека. Христианская же традиция рассматривает человека, как целостную тримерию тела, души и духа, подчеркивая его ценность, как творения по образу и подобию Бога, и нынешнее падшее состояние. Не можем ли мы сказать, что философ сделал акцент в своей теории, только на одной стороне реальности относительно природы человека, что помогает более детально рассмотреть ценность человека, как такового, но с христианской точки зрения данная теория нуждается в дополнении. Во–первых, необходимо признать испорченность человеческой природы, приводящей к распаду личности на экзистенциальном уровне. Во-вторых, при решении этических дилемм следует руководствоваться не плюралистически окрашенными нормами, ограниченными только нашей экзистенциональной составляющей, а нормами, имеющими некий абсолют добра и истины, что поможет формировать у учащихся твердые моральные ценности. Таким образом, христианские принципы служат некоторым направляющим фактором в процесс самоактуализации и формировании «Я-концепции» . Второй тип этики – это верность долгу. В христианской традиции долг обычно отождествляется с послушанием закону, содержащемуся в Библии. Записанные в Священном Писании правила и запреты являются выражением вечной власти Бога. В данном типе этике важно обратить внимание не на статичность правил, но на их суть и их принципы, что поможет избежать буквализма и не адекватности в быстроменяющемся постиндустриальном обществе с ее технологической и генной инженерией. Интеграция данного типа этики с теорией К. Роджерса, состоит в определение моральных принципов поведения, осознание своего долга перед Богом в каждом выборе, который осуществляет ученик, будет способствовать реализации человеком своего потенциала с целью стать полноценно функционирующей личностью. Данный тип этики применим для политической сферы. В то время, когда философ призывает к некоторой конгруэнтности между тем, что сами политики переживают и тем, как они представляют ту или иную позицию на различных совещаниях и политических дебатах, мы можем заметить, что у него (К. Роджерса) не было, явно выделенных этических принципов и норм, которые могли бы направлять и руководить и даже своего рода формировать, те или иные действия на политическом уровне. Таким образом, призыв К. Роджерса к конгруэнтности самости, обречен на цикличность несостоятельности, так как личность как система взаимодействует с другими общественно-социальными со-системами.
Третий тип – это этика отклика. Данный вид этики предполагает, что божественная природа и цели представляют собой высшую норму, при этом не предлагая определенного набора правил. Предполагается отклик на то, что Бог Спаситель сделал для нас, особенно – в Новом Завете . Считается, что вера и забота о ближнем, это и есть благодарный отклик на то, что сделал Бог. Таким образом, осознавая, как материальную, а также и духовную реальность, и интегрировав данный аспект этики в школьную программу, мы сможем формировать у учащихся сбалансированный подход в решении тех этически-моральных дилемм, с которыми будет сталкиваться ученик в контексте как личностных преобразований индивида, а так же и социально-политических изменений нашего общества.
Заключение
1-При интеграции теории К.Роджерса с христианской этикой, мы можем прийти к некоторой холистичности, в терминологии самого К.Роджерса, всех сфер культуры, что позволит минимизировать фрагментарное мышление (Г.Оллпорт), расщепление «Я-культуры», что создает конфликт внутри культуры, то есть разобщенность неразобщенного . Например, нам не нужно оставить сферы нашей культуры, как государственную составляющую, экономику, метафизику, религию, придерживаться только лишь своих законов, иначе законы морали перестанут работать во всех общественных сферах, что приводит к «моральному хаосу» детерминирующий хаос в мире материи.
2-На наш взгляд, причины несостоявшегося диалога между Церковью и Государством обоюдны. Церковь может преследовать узкоконфесиональные цели, и таким образом, философия работы становится узконаправленной, ограничившись только пониманием того, что необходимо «обращать» людей в церковь, при этом игнорируя их потребность в духовном искании и забывая, что человек – существо имеющее материальную субстанцию. Со стороны образовательной сферы также может возникнуть конфликт, например между психологией, как экспериментальной наукой и христианской этикой, как метафизической наукой. Это может привести к ошибочному выводу, что христианская этика ненаучна, но является одним из устаревших источников знания, что может привести к однобокому взгляду на природу человека и окружающую действительность, как материальную субстанцию.
3- Пути интеграции теории К. Роджерса и христианской этики, мы можем рассматривать с позиции триады, которая в свою очередь делится на отдельные диады. Триада следующего порядка: школа взаимодействующая с Церковью – семья как социальный институт общества – и сам ребенок, как личность входящая в каждую из предложенных структур. А диады взаимодействия могут быть следующими: ребенок и школа, ребенок и семья, школа и семья. Если два составляющих института, в которых находится ученик, будут иметь христианскую этику как составляющий элемент в системе образования мы можем формировать целостный взгляд у учащегося на объективную реальность.
4. Следуя интеграционному подходу с типалогиями христианской этики, мы сможем продолжать формировать культуру Украинского сообщества, основанной на христианских ценностях. По мнению Р. Нибура, «Стоит только образованию и обучению сделать пропуск в одно поколение, и все огромное здание прежних достижений обращается в руины. Культура - это социальная традиция, сохранять которую следует в мучительной борьбе не столько с безличными силами природы, сколько с революционными и критическими энергиями в человеческой жизни и в человеческом мышлении» . Итак, настоящий доклад предлагает интегрировать теорию К. Роджерса и христианскую этику как ответ на проблему воспитания в современных школах, создающий баланс между академичностью и развитием у учащихся моральных ценностей, что является составляющей психической реальности.
Литература
1. Барбур, Иен. Этика в век технологии. – М.: Библейско-богословский институт Св. Апостола Андрея, 1998. – 430 с.
2. Крайг, Г. Психология развития. – СПб.: «Питер», 2000. – 992 с.
3. Купер, К. Индивидуальные различия. – М.: Аспект Пресс, 2000. – 527 с.
4. Нибур, Р.И., Нибур Райнхольд. Христом и культура. Избранные труды – М.: Юрист, 1996. – 566 с.
5. Орлов А.Б. Человекоцентрированный подход в психологии, психотерапии, образовании и политике // Вопросы психологии. - 2002. -№ 2, 58-60 с.
6. Петровский, А.В., Ярошевский М.Г. История и теория психологии. Т. 2. Ростов-на-Дону: Издательство «Феникс», 1996. – 416 с.
7. Роджерс, Карл. Несколько гипотез, касающихся помощи в росте личности./Под ред. А.А. Реана. – СПб.: Питер, 2000. – 320 с.
8. Роджерс, Карл. Полноценная жизнь./Под ред. А. В. Морозова. – СПб.: Питер, 2000. – 506 с.
9. Роджерс, Карл. ВЗГЛЯД ТЕРАПЕВТА НА ЦЕЛИ ЧЕЛОВЕКА «БЫТЬ ТЕМ, КЕМ ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЯВЛЯЕШЬСЯ» Центр Духовного развития молодежи при Даниловом монастыре г. Москвы 1999-2003 http://rogers.hpsy.ru/publication.php http://www.psychology-online.net/galery/human.html
10. Йонт, У. Созданы, чтобы учится: введение в педагогическую психологию. – СПб.: 2001. – 375 с.
11. Эвальдс, Э. Душепопечительство и терапия. – СПб.: Христианское общество «Библия для всех», 1999. – 192 с.
12. Хьелл, Л., Зиглер, Д. Теории личности: Основные положения, исследования и применение. – СПб.: Издательство «Питер», 2000. – 529 с.
13. «Концепція викладання християнської етики в загальноосвітніх закладах України» была представлена в Министерстве Образования 3 ноября 2005 года
0 коммент.:
Отправить комментарий